(no subject)

Сэм продолжал быть сучкой и с ним, и с отцом. В конце концов, Дин начал срываться в ответ, так что совместные ужины состояли из непрерывных пререканий, и в их тренировочных противоборствах появился особый надрыв, который все чаще приводил к разбитым носам и синякам под глазами. Отец пару раз накричал на них, а потом наконец отвел Дина в сторонку и спросил:
- Какого черта ты творишь?
- Черт подери, он сам напрашивается, и ты это знаешь, - отчаянно ответил Дин, желая, чтобы отец сделал хоть что-нибудь и наконец исправил это.
Отец ответил:
- Проклятье, Дин, ему шестнадцать лет. У него в голове все перевернуто вверх ногами, и он мечется из стороны в сторону, и понятия не имеет, какой путь ему выбрать. Он перебесится и придет в себя, просто дай ему время.
Дин уставился на него. Впервые на его памяти отец выдал однозначную глупость, и на мгновение он задумался, сказал ли это отец для того, чтобы успокоить его, или он считал Дина достаточно тупым, чтобы поверить во всю эту ложь. А потом пришло внезапное осознание того, что отец считал это правдой. Сэм был настолько далек от бесцельных метаний, насколько можно было быть. Напротив, у него была карта, пункт назначения и полный бачок бензина, и все, чего ему не хватало – это ключа зажигания.

Оригинал записи на Дыбре